Оказаться на вершине горы без оружия и продовольствия, такая перспектива была ужасающей для любого опытного начальника экспедиции. Глеб Бокий был поставлен перед выбором: продолжать экспедицию с неизвестным результатом к запретному городу, или спуститься вниз и вернуться в лагерь. В составе группы разведчиков к запретному городу были только физически развитые мужчины, в основном бывшие офицеры, способные некоторое время обходится без пищи.
На горной тропе без оружия и продовольствия
Кроме того в карманах всех участников экспедиции лежали плитки из прессованного изюма, урюка и орехов, которые помогали снять усталость. Горные ручьи, образованные весной из-за таяния ледников, полностью снимали проблему с питьевой водой. А вот оружия было взять негде. На быстром общем собрании было решено, что один из восьмерых спуститься вниз в лагерь там он возьмет две винтовки и не менее 150 патронов и будет догонять ушедшую вперед группу.
После такого решения по жребию был выбран Владислав Кузьмицкий, бывший офицер гвардейского саперного батальона, который досрочно вышел в отставку из-за полученного в наследство огромного имения, неподалеку от Гродно. Он среди всей экспедиции был самым опытным скалолазом и имел опыт прохождения горных маршрутов с полной экипировкой.
Проводив вниз Кузьмицкого, экспедиция двинулась по узкой тропке, которая была чуть шире трети сажени. По такой тропе двигаться можно было только гуськом, периодически прижимаясь к стене, спасаясь от сильных порывов ветра. Тропинка шла в гору, невидимым серпантином поднимаясь на значительную высоту. Но сама тропа была удивительным сооружением, исследователи это сообразили только через некоторое время.
Горная магистраль со всеми удобствами
Её ширина была одинакового размера до одного дюйма, такую в условиях вырубки тропы в горах точность невозможно было сделать любым инструментом начала ХХ века. А вот покрытие было сходное с горной породой, но сильно отличалось от него. Словно строители горной тропы ставили себе условие соорудить горную тропу, которая бы совершенно была невидима, если не знать, где искать, и в тоже время, на всём протяжении, она была словно покрыта узором из вырубленных клеток, что придавало дополнительную устойчивость.
Само покрытие напоминало строительный материал, хоть и похожий на окружающую горную породу, но им не являющийся. Несмотря на небольшую ширину, тропа была очень ухожена и продумана, через каждые 1000 шагов в глубине горы были вырублены настоящие комнаты, где дверные проемы были перекрыты специальной стенкой, стоящей на небольшом удалении от прорубленного проема, чтобы вовнутрь мог протиснуться человек в теплой одежде. При такой конструкции стенка могла защитить и от холодного ветра и от снега зимой.
Стенка была выполнена из скального массива, а посередине находился текст на неизвестном даже для князя Андрея Потоцкого языке. Девять иероглифов, представляющих собой звезды с разным количеством лучей, нигде ранее в источниках по древним языкам не встречались. Кроме того с наступлением темноты на стене начинал светиться бледным зеленым цветом рисунок кобры, в атакующей позе. Днем этот рисунок пропадал, но было видно, что он вырезан на камне с особой тщательностью.
Сами комнаты представляли собой помещение примерно в четыре квадратных сажени и с высотой потока в семь футов. Каменный пол и стены были обработаны тщательно, но не так безупречно, как в подземном храме. В стены были вбиты несколько блестящих крюков. Они были изготовлены из металла, которому была не страшна коррозия. И предназначение было непонятно, но металлические крюки отлично подходили, чтобы вешать на просушку одежду. В углу стояла сложенная из каменных блоков небольшая печь с открытой жаровней, и в отдельно вырубленной яме лежал горючий сланец.
При разыгравшейся непогоде в таком убежище можно было сидеть несколько дней, не страдая от холода и снежной бури. В специальные гнезда было вставлена дюжина смолистых факелов. Еще три дюжины аккуратно лежало поверх горючего сланца. Удивляло прежде всего огромные затраты человеческого труда, которые были использованы при оборудовании тропы, которая вела неизвестно куда. В первый день после утраты оружия экспедиция шла медленно: темп регулировался сильным ветром, неизвестной тропой, а также искусственно замедлялся самим Глебом Бокием, что бы их мог догнать человек, посланный за оружием в лагерь. Всего прошли за день 10000 шагов, хотя по силам было пройти и расстояние в два раза больше. Тропа хоть и под малым углом, но удила вверх и судя по опыту с закипанием чайника, за день экспедиция поднялась вверх на полтора километра.
Железнодорожный тоннель без железной дороги
Утром появился человек, посланный вниз за оружием. Ночь его застала на тропе, и он переночевал в одном из убежищ, но на всякий случай оружие спрятал в яме под горючим сланцем, а сам наган держал в кармане меховой куртки. С приходом Кузьмицкого арсенал экспедиции составил два нагана и две укороченных винтовки Бердана с двумя сотнями патронов. Этого вполне хватало, что дать отпор мелким шайкам разбойников, которые могли водиться в горах.
Экспедиция прошла еще 14500 шагов, пока тропа не уперлась в тоннель. Это было очень неожиданно после тропы, которая вилась узким серпантином вверх увидеть огромное жерло тоннеля диаметром никак не менее трех саженей. Больше всего он походил на Сурамский железнодорожный тоннель на Кавказе. Но там была железная дорога. Кто мог построить в горах, где и животные встречались редко огромный инженерный объект. Было непонятно, куда он ведёт, так как противоположного отверстия не наблюдалось. После часовой передышки на отдых и обед, состоящий из копченого сала и изюма, восемь человек двинулось навстречу полной неизвестности.
Читайте также
1